Макдевит Джек / Военный талант

                               Джек МАКДЕВИТ
 
                              ВОЕННЫЙ ТАЛАНТ
 
 
 
 
                                ОТ АВТОРА
 
             Я благодарен за консультации при написании этой книги
        Джеймсу X.Шарпу из планетария им. Альберта  Эйнштейна  при
        Смитсоновском институте. Кроме того, я бы  хотел  выразить
        свою  признательность  Льюису  Шайнеру  за   его   советы,
        Джинджер Буканан - за помощь в работе с рукописью, а также
        Марин Макдевит, чье  присутствие  ощущается  во  вселенной
        Кристофера Сима.
 
 
                                         Посвящается Джозефу Х.Паррофу,
                                         преподобному Л.Ричарду Касавану
                                         и преподобному Роберту Э.Карсону.
                                      Этот долг я никогда не смогу уплатить.
 
 
 
                                   ПРОЛОГ
 
      Воздух был тяжелым от запаха ладана и горячего воска.
      Кэм Чулон любил эту простую каменную церковь.  Преклонив  колени,  он
 следил за тем, как хрустальные капли воды стекают с пальцев отца  Кэрри  в
 серебряную  чашу,  которую  держал  послушник.   Этот   символ   извечного
 человеческого стремления избежать  ответственности  казался  Чулону  самым
 значительным из древних ритуалов. "Вот в чем наша  сущность,  многие  века
 выставляемая напоказ", - подумал он.
      Чулон обвел взглядом альков Девы Марии, тускло освещенный несколькими
 мигающими свечами: фрески с изображением крестного  пути  Христа,  простой
 алтарь, деревянную кафедру с лежащими на ней массивным  фолиантом  Библии.
 По сравнению с роскошью Окраины, Ригеля-3 и Тараминго,  все  было  слишком
 скромным. Однако  великолепие  огромных  соборов,  изысканность  витражей,
 громады мраморных колонн, звуки могучих органов,  широкие  хоры  почему-то
 всегда мешали и пугали. А отсюда, с горы, он мог смотреть вниз  на  долину
 реки, которую отцы давних времен  передали  Антонию  Токсиконскому.  Здесь
 были только река, скалы и Создатель.
      Приезд Чулона стал первым визитом в аббатство вышестоящего  епископа.
 Альбакор, этот погребенный  под  снегом  холодный  мир  на  самой  границе
 Конфедерации,  служил  домом  лишь  святым  отцам.  Наслаждаясь   тишиной,
 прислушиваясь к  отдаленному  рокоту  лавин,  вдыхая  в  легкие  холодный,
 бодрящий воздух, нетрудно было понять, почему Альбакор  время  от  времени
 становился приютом для самых блестящих ученых, состоявших в Ордене. Мартин
 Брендуа  создал  свои  великие   хроники   Смутного   времени   в   келье,
 расположенной над часовней, Альберт Кейл завершил  здесь  свое  знаменитое
 исследование трансгалактических рядов, а Моргай Ки написал эссе,  навсегда
 связавшие его имя с классической теорией экономики.
      Да, эти места почему-то пробуждали в людях величие.
      С мессы Чулон шел  в  сопровождении  аббата  Марка  Тазангалеса.  Они
 кутались в пальто, и изо ртов у них то и  дело  вырывались  облачка  пара.
 Аббат имел много общего с долиной  Святого  Антония:  никто  в  Ордене  не
 помнил его  молодым,  а  черты  его  покрытого  глубокими  морщинами  лица
 казались такими же жесткими, как известняковые стены и заснеженные  скалы.
 Тазангалес был столпом веры. Чулон  не  мог  представить  себе  даже  тени
 сомнения, столь  свойственного  обыкновенным  людям,  в  этих  темно-синих
 глазах.
      По дороге они вспоминали лучшие времена, как это обычно делают  давно
 не встречавшиеся пожилые люди, но потом аббат вдруг  отбросил  прошлое  и,
 повысив голос, чтобы перекричать ветер, сказал:
      - Кэм, вы преуспели.
      Чулон улыбнулся. Тазангалес умел добиться  субсидий  и  распорядиться
 ими,  что  ни  в  коей  мере  не  вредило  его  ореолу  святости.  Он  был
 превосходным  администратором  и  оратором,  умеющим  убедить  слушателей,
 именно тем человеком, который способен представлять Церковь  и  Орден.  Но
 ему недоставало честолюбия, поэтому при первой же возможности он  вернулся
 в долину Святого Антония и провел здесь всю жизнь.
      - Церковь добра ко мне, Марк. И к вам тоже.
      Они смотрели вниз с вершины горы, на которой располагалось аббатство.
 Приближалась   зима,   и   долина   была   абсолютно    голой,    какой-то
 монотонно-коричневой.
      - Мне всегда казалось, что я с удовольствием вернулся бы сюда на пару
 лет. Преподавал бы теологию А может, просто для  того,  чтобы  привести  в
 порядок свою жизнь.
      - Вы нужны Церкви для более важных дел.
      - Возможно. - Чулон посмотрел на кольцо, символ  своего  ранга.  -  Я
 многое за него отдал. Вероятно, цена слишком высока.
      Аббат не возражал и не соглашался с ним,  лишь  настаивал  на  своем,
 ожидая, что это доставит епископа удовольствие. Чулон вздохнул:
      - На самом деле вы ведь не одобряете путь, по которому я пошел.
      - Я этого не сказал.
      - Это сказали ваши глаза, - улыбнулся Чулон.
      Внезапный порыв ветра пригнул деревья, полетели снежные хлопья.
      - Первый снег в этом году, - вздохнул Тазангалес.
      Долина  Св.Антония  находилась  высоко  в  горах  меньшего  из   двух
 континентов Альбакора. (Некоторые говорили,  что  эта  маленькая  планетка
 состоит исключительно из гор.) Зато, с точки зрения Чулона, это  избранное
 место Господа, земля лесов, известковых расселин и снежных вершин. Епископ
 вырос на  такой  же  планете,  на  скалистой  Деллаконде,  солнце  которой
 настолько далеко, что его невозможно увидеть с Альбакора.